Викия

Assassin's Creed Wiki

База данных/Документы (AC3)

< База данных

1801статья на
этой вики
Добавить новую страницу
Обсуждение0 Поделиться

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Eraicon-AC3.png

Письма

Везунчик Лем, Я пишу тебе это послание из Северной Атлантики с борта своего шлюпа. Королевские ублюдки следуют за мной по пятам. Надеюсь, что награда путешественника находится в безопасности, но я хочу передать ее в самые надежные руки — твои. Я всегда доверял тебе как одному из моих самых верных и преданных людей, и именно поэтому я отправляю тебе этот свиток. Ни в коем случае не открывай его — от этого зависит моя жизнь. Всегда носи его с собой. Не отдавай его ни единой душе ни за какие деньги. Знай, что когда я найду тебя, я выплачу тебе вдвое любой предложенной цены. Не знаю, когда эти парни от меня отстанут, но им меня не достать. Мой свиток наверняка будут разыскивать. Не верь никому. Прислушайся к моим предупреждениям,

Капитан Уильям Кидд

Эйблу Оуэнсу. С тех пор, как мы в последний раз поднимали кружки за наше здоровье, многое изменилось. И похоже, что нескоро мы опять встретимся за столом, поэтому я скрылся у побережья Массачусетса. Сомневаюсь, что этот остров носит хоть какое-то имя. Люди короля дышат мне в затылок, и я чувствую себя неуютно, когда они поблизости. Тот свиток, что ты найдешь в этой посылке, имеет огромное значение для меня. Для меня он важнее, чем походы за добычей и драгоценностями, сокрытыми по всему миру. Это должно остаться в секрете, поэтому я прошу тебя не открывать и не читать содержимое свитка. Всегда носи его с собой и защищай его ценой жизни до тех пор, пока я не найду тебя. Мне не удалось избавиться от преследователей так быстро, как я на это рассчитывал. Но мы-то с тобой знаем, что это лишь вопрос времени.
Будь осторожен и мудр.

Капитан Уильям Кидд

Джозеф, Прошли месяцы с того момента, как мы расстались, и с тех пор попутный ветер все никак не наполнит мои паруса. Вчера я убил девять британских моряков (или это было два дня назад... неважно), а ублюдки все продолжают присылать подкрепление. Когда я обыскал их трупы, я не нашел ни приказов короны, ни военных поручений — только монеты да красные и золотые кресты, обвязанные вокруг их шей. Может быть, это не английские моряки? Но я хотел сообщить тебе не об этом. Свиток, который придет с этим письмом, — самая важная для меня вещь. Тебе нельзя открывать его. Нельзя читать его содержимое. Храни его, пока я не найду тебя. Если кто-то спросит тебя об этом свитке — убей его.

Капитан Уильям Кидд

Письмо Хендрику ван дер Хёлу. Хендрик, ты мой самый доверенный советчик и ближайший друг. Я молюсь, чтобы это письмо нашло тебя живым. Ты знаешь о том, что было у меня, и о силе, сокрытой в этой вещи. Они жаждут заполучить ее. Я не знаю, кто они, но я уверен, что они действуют не от имени короны. Они что-то другое, что-то тайное, что-то безжалостное, что-то обладающее силой за пределами разумного. Это пугает меня сильнее, чем что-либо в моей жизни. Я скрываюсь на ферме недалеко от Бостона, в последней, самой отчаянной попытке избавиться от них и не попасть к ним в руки. Я послал тебе последнюю часть моего драгоценного свитка, который приведет меня к тому, что я запрятал. Сохрани его ради меня. Они следят за мной. Если я выберусь из этой передряги — я найду тебя, если нет — унеси эту тайну с собой в могилу.

Капитан Уильям Кидд

Альманах бедного Ричарда

Любезный читатель, здесь я мог бы попытаться вызвать к себе добрые чувства, провозгласив, что я пишу эти выпуски не для чего иного, как для блага обществ; но это было бы неискренне, и кроме того, современники мои слишком умны для того, чтобы быть обманутыми таким образом. Истина же в том, что я крайне беден, а моя добрая жена крайне горда и не может, как сама говорит, вынести моего бездействия и наблюдать, как я бесцельно смотрю на звезды; не раз она уже обещала мне сжечь мои книги и безделушки (так она называет мои инструменты), если я не найду им достойного применения на благо моей семьи. Издатель же обещал мне значительную часть выручки, и потому я тотчас начал исполнять желание своей благоверной.

Мотив сей мог бы побудить меня к написанию этого альманаха многими годами ранее, не мешай тому крайняя жалость к моему доброму другу и товарищу по учебе мистеру Тайтену Лидсу, чьи интересы мне крайне не хотелось ущемлять. Но препятствие это (и мне отнюдь не приятно о том упоминать) скоро будет устранено, ибо неумолимая Смерть, от веку не уважающая добродетелей, уже изготовила свою косу, а Атропос — свои ножницы, и вскорости сей достойный человек покинет нас. По моим подсчетам, сделанным по его же просьбе, он умрет 17 окт. 1733 года 3 ч. 29 мин. пополудни, точно в момент пересечения Солнца и Меркурия. По его же подсчетам он должен дожить до 26 числа того же месяца. По поводу этого малого различия мы спорили последние 9 лет, но в итоге он склонился к моим доводам. Кто же из нас прав, уже очень скоро рассудит время. Поскольку в следующем году этим провинциям не суждено уже увидеть его трудов, я взял на себя малость продолжить начатое им и прошу у публики на то одобрения. Смею надеяться, что покупатель моего альманаха, приобретя его, не только получит в свое расположение любопытную вещицу, но и совершит акт милосердия по отношению к его бедному другу и покорному слуге Р. Сондерсу.

Понедельник, 11 января (всего 31 день)

СКОРЕЕ МИЛО, ЧЕМ УМНО.

Ждет старый холостяк себе жену,
Да чтоб умна, мила и непорочна.
Зазря чтоб не перечила ему,
И чтоб дела вела до цента точно.
Напрасно, друг мой, ждешь, что сей же час
Получишь то, что можно сделать только на заказ.

Вина у священника и пудинга у пекаря пробуй вдосталь.

Визиты твои пусть будут кратки, как дни морозной зимой,
Чтоб не мучились хозяева, думая, как тебя выпроводить домой.

Дом без женщины и очага — что тело без души.
Короли и медведи часто беспокоят своих сторожей.

Понедельник, 12 февраля (всего 28 дней)

Н.Н. из округа Б-с, молю, не злись на бедного Ричарда.

Нам каждый век все новое несет,
А старое не ценит молодежь.
Стремимся без оглядки мы вперед
За ценности отцов не дав и грош.
Поэтому, сдается мне, и мот
Надел фамильный мигом продает.

Легкий кошель — тяжелое сердце.
Тот глупец, кто делает своим наследником своего врача.
Не бери себе жену, покуда нет у тебя для нее дома и очага.
Люби от всей души, ругай от всей души.

Понедельник, 1 марта (всего 31 день)

С любимою моей вдвоем
На поцелуи мы играли.
И, вроде бы, за ней должок,
Но вижу, что дождусь едва ли.

Сказала она: "Раз мы никак к согласью с тобой не придем,
Свои поцелуи сейчас получи, и мои мне верни потом".

Тебя, Д.Г., мой любезный друг,
Давно восхваляют все вокруг
Прими же и от меня скромный стих —
Могу ли остаться я в стороне?
Ведь даже враги твои тем горды,
Что живут с тобою в одной стране.

Понедельник, 2 апреля (всего 30 дней)

Раз Кэтрин молвит мужу своему:
"О, как тебя люблю я, жизнь моя!"
Ответил муж: "За искренность твою
Без колебания ручаюсь я.
Средь женщин не найдешь, хоть обыщись,
Тех, кто не любит собственную жизнь".

Кто много говорит, мало делает.
Богатый плут — все равно, что жгут; тогда лишь хорош, когда петлей обовьешь.
Знакомство без дружбы, дружба без силы, сила без воли, воля добродетели не стоят и ломаного гроша.

Понедельник, 3 мая (всего 31 день)

Кто любит смех, кто сторонится всех.
Кому-то благо, кто-то скажет — грех. Кому-то невдомек и самому
Что более всего идет ему.
И обречен всегда на неуспех,
Кто хочет осчастливить сразу всех.

Ешь, чтобы жить, а не живи, чтобы есть.
Март холоден, а апрель дождлив, и потому-то май — лучший месяц из всех.
Благоволение великих не передается по наследству.
Глупцы устраивают пиры, а умные на них пируют.
Берегись молодого доктора и старого цирюльника.
Сменил одноглазого коня, да на слепого.
У бедных — мало, у нищих — ничего, у богатых — слишком много и ни у кого — в самый раз.

Понедельник, 4 июня (всего 30 дней)

Коль за движеньем Солнца наблюдать,
А также за прибытием Луны,
Ты сможешь новый день предугадать —
И даже при сияньи звезд ночных.
Увидишь, что рождается Луна
И сразу в облака погружена, —
Знай, возвещает ливень месяц тот.
Он на поля потоки вод прольет.

За 3 дня вконец устанешь от девки, от гостя и от дождливой погоды.
Хочешь продлить жизнь — сокращай трапезу.
Золото украшает блеск, женщину украшает золото, мужчину украшает женщина.
Когда пиры прошли, устроитель чешет в затылке.

Понедельник, 5 июля (всего 31 день

Не раз уж видел я, как хлебороб
Колосья ловко связывает в сноп,
А ветер рад разбрасывать посев,
Его работу долгую презрев.
Затем с дождем приходят облака,
Чтоб досадить ему наверняка.
Выходит, даже, вырастив плоды,
Никто не застрахован от беды.

Многие прахом пошли состояния
Когда женщины на чай променяли вязание.

Кто ложится с собаками, проснется с блохами.
Обильная кухня — слабая воля.
Сомнение и осторожность порождают безопасность.
Бойкий язык беду приносить привык.

Понедельник, 6 августа (всего 31 день)

Средь ярких звезд идет за годом год,
Планета совершает оборот.
От центра в направленьи полюсов
Есть пять разновеликих поясов.
В центральном — нестерпимый вечен зной.
В двух крайних — вечный лед и ветра вой.
Осталось два, и вот они, друзья,
Природою даны нам для житья.

Можешь советоваться с вином, но решения принимай с водой.
Кто быстро пьет, медленно платит.
Великий год: волки едят волков.
Лишиться хорошей жены — лишиться божьего дара.
Приручен конь, и жена присмирела, и проповеди не расходятся с делом.
Тот плохо одет, на ком нет добродетели.

Понедельник, 7 сентября (всего 30 дней)

Смерть — словно рыболов, и в сети нас
Готова заманить в который раз.
Притом весьма жестокий рыболов,
Отличный от обычных рыбаков.
Тех мелких рыб, что рано изводить,
Мы выпускаем, стоит изловить.
А смерть сожрать готова всех подряд —
Добыча для нее и стар, и млад.

Сердце глупца в его рту, а рот женатого человека — в его сердце.
Людей и арбузы трудно распознать с первого раза.
Тот лучший врач, кто знает о бесполезности большинства лекарств.
Берегись дважды вареного мяса и старого врага, с которым помирился.
Гений в своей стране — что золото в шахте.
Незначительных врагов не бывает.

Понедельник, 8 октября (всего 31 день)

С любезною супругою моей
Все не могли решить мы, кто главней.
И каждой приводился стороной
Тот аргумент, что муж един с женой.
Един, выходит, в облике мужском?
Иль в женском? Спорим мы как раз о том.
И потому наш спор не прекращен,
Что оба мы как раз в обличье жен.

Потерял сапоги, зато сберег шпоры.
Старик отдал все свое сыну. Глупец! Зачем раздеваться раньше,
чем ложишься спать?
Сыр и солонину не стоит смешивать воедину.
Двери и стены — бумага для глупца.
Восхвали злодея — и он на тебя нападет. Напади на него — и он
тебя восхвалит.
Рот смачивай, а ноги держи сухими.

Понедельник, 9 ноября (всего 30 дней)

Соседа раз девица привлекла —
Умна, богата и притом мила.
Сосед судьбу благую торопит,
Но девушка венчаться не спешит.
Не диво — был известен с давних лет
Как блудный сын любезный мой сосед.
Клянется, что со свиньями не жил.
И правда — кто бы к ним его пустил?

Где ждут не дождутся хлеба, могу продать все.
Мы честь обрести не сумеем, договариваясь со злодеем.

Намерен дурак, как мы видели с вами
День-деньской беспокоить пламя.

Снежная зима — к обильному урожаю.
Нет никого глупее пьяного.

Понедельник, 10 декабря (всего 31 день)

Господь способен удивлять:
Узрите! Честный адвокат!

Жизнь плотская исключает жизнь вечную.
Невиновность — сама по себе защита.
Раньше говорили "время все пожирает". Но не сейчас, сейчас—
выпивает.
Ничего, после праздников она протрезвеет.

Любезные читатели, ваше милостивое признание моих прежних трудов воодушевило меня продолжать писать, несмотря на то, что общее одобрение, которым вы любезно удостоили меня, возбудило зависть в одних и гнев ко мне в других. Недоброжелатели сии, несмотря на всю ту хорошую репутацию, что я приобрел, в точности предсказав смерть другого человека, замыслили лишить меня ее бесповоротно, сообщив, что и сам я никогда не существовал. Они, попросту говоря, утверждают, что такого человека, как я, нету, и столь широко разнесли этот слух по стране, что его то и дело передают лично мне люди, со мной незнакомые. Лишить меня самой моей сущности и представлять меня в общественном мнении как нечто несуществующее не есть поступок, достойный доброго гражданина. Но, поскольку сам я чувствую, что я хожу, ем, пью и сплю, то с удовольствием отмечаю, что я все же существую, что бы ни утверждали те господа в доказательство обратного. Предположу, что мое удовольствие разделяет и публика — ведь если бы меня не существовало, разве мог бы я обращаться с печатных страниц к сотням читателей, как делаю это уже несколько лет? Я не стал бы обращать внимания на подобные инсинуации, если бы враги мои не стали с упоением приписывать мои труды моему же издателю, который, очевидно, столь же не горит желанием брать на себя это авторство, сколь я — лишиться сопутствующей ему славы. Следовательно, чтобы избавить его полностью от этого бремени и защитить также свою славу, я настоящим публично заявляю (и полагаю, что мои слова достойны доверия) следующее: все, что я написал ранее и пишу в настоящее время, написано и пишется мной, а не каким-либо другим человеком или группой людей, кем бы он или они не были. Тем же, кого сие объяснение не удовлетворяет, могу лишь посоветовать прислушаться к голосу разума.

Ниже следуют плоды моих трудов в этом году; я представляю их, уважаемый читатель, на твой суд, но надеюсь притом и на твою доброжелательность, что будет милостива к огрехам пера. Труды сии предназначены единственно в услужение тебе и свою службу будут нести преданно. Если же им выпадает удача порадовать хозяина — это и есть лучшая награда за труд скромного Р. Сондерса.

Ты, человек, с досадой убежден,
Что род наш слишком слабым порожден.
Сперва подумай, позабыв про спесь,
Достоин ли ты быть сильней, чем есть.
Спроси у мирозданья, коль готов —
Пристало ль быть траве мощней дубов?
Еще спроси у звездной вышины —
Нормально ль, что Земля крупней Луны?

Понедельник, 11 января (всего 31 день)

Иные речь хитро повернут,
Что и не молвят правду, и не врут.
Подобное искусство, как по мне,
Среди людей достойных не в цене.
Вот наш знакомый Смит зарок дает:
Покуда, мол, дышу — ни капли в рот.
Но смело я могу предположить,
Что он, зажавши нос, продолжит пить.

Нелеп не тот, кто идет за плугом, а тот, кто ведет себя нелепо.
Если ты знаешь, как тратить меньше, чем у тебя есть, ты
овладел философским камнем.
Хороший казначей — властелин чужого кошелька.
Рыба и гости портятся за три дня.

Понедельник, 12 февраля (всего 29 дней)

Сэм так жену по уху приласкал —
Пять фунтов доктор за леченье взял.
Жена кряхтит: "Изрядный вышел счет!
Отныне муженек-то не побьет!"
Сэм прямо при жене кошель открыл
И доктору вот так провозгласил:
"Возьмите, доктор, десять, а не пять —
Вдруг вы понадобитесь нам опять".

Тот, у кого в роду нет ни глупцов, ни нищих, отмечен редкой благодатью.
Прилежание — мать удачи.
Не делай того, о чем сам бы не хотел узнать.

Понедельник, 1 марта (всего 31 день)

Ты можешь хоть весь мир заполучить,
Но ближнего тебе не изменить.
Ученых путь познания увлек,
Глупец же рад тому, что недалек.
Богач доволен златом в сундуках,
А бедный — тем, что ждут на небесах.
Любой бывает хоть чему-то рад,
А гордость вдохновляет всех подряд.

Не восхваляй сверх меры сидр, коня и супругу.
Богат не тот, кто много имеет, а тот, кто многому радуется.
Видеть легко, предвидеть трудно.
Кто умеет хранить секреты, не скажет и того, что все давно знаю.

Понедельник, 2 апреля (всего 30 дней)

Венца творения всего верней
Познанье отличает от зверей.
Всем молодым хочу я пожелать
Все то, что им полезно, узнавать.
Солон старел, не тратя даром дней —
Он знал, что время золота ценней.
Ведь день вчерашний, что успел уйти,
Не купишь, сколько денег ни плати.

Служанка твоя пусть будет преданна, сильна и простовата.
Лен береги от огня, а молодежь — от азартных игр.
На переговорах нет ни друзей, ни родственников.
Восхищение — дочь невежества.
Старых пьяниц больше, чем старых докторов.

Понедельник, 3 мая (всего 31 день)

Он увлечен безмерно болтовней
И постоянно что-нибудь твердит.
Настолько сильно любит голос свой,
Что трудно его чем-то перебить.
Уж раз себя он обожает слушать,
Прикрыть ему не рот пора, а уши.

Узрите храбреца! Схватил воображаемого льва и бежал от настоящей мыши.
Кто берет себе жену, берет и заботу.
Ни глазом в чужое письмо, ни рукой в чужой кошелек, ни ухом в чужой секрет.
Кто покупает осмотрительно, приносит пользу не только себе, но и другим.

Понедельник, 4 июня (всего 30 дней)

Лекарство, как известно от врачей,
На вкус чем горше, лечит тем сильней.
Настой целебный мог бы быть готов
Из женских истолченных языков.
Я лично, сколь бы мне не размышлять,
Отравы крепче не мог ради вмиг
Своей жены пожертвует язык.

Тот, кто обладает терпением, может обладать всем, чем захочет.
Теперь, когда у меня овца и корова, все мне желают "Будьте здоровы!"
Бог помогает тем, кто помогает себе сам.
Зачем краситься жене слепца?

Понедельник, 5 июля (всего 31 день)

Разбогатеть он хочет, но при том
Забросил ферму, земли, скот и дом.
Растрачивает резво капитал
Да и здоровье тоже промотал.
Все время ошиваясь в кабаках,
Он о растущих позабыл долгах.
Все стены подопрут его собой —
Иначе как идти ему домой?

Никто не молится лучше муравья, который молится молча.
На отсутствующих всегда есть вина, у присутствующих — оправдание.
Подарки разбивают и скалы.
Коли кутаться часто приходится, завещаньем пора озаботиться.
Гнилое яблоко портит и другие.

Понедельник, 6 августа (всего 31 день)

Язык когда-то Сердцу услужал,
Что Сердце скажет — то передавал.
Когда же лицемерить всяк привык,
Не Сердце править стало, а язык.
И добродетель вся — увы и ах —
Все больше на словах, а не в делах.
Чтоб ярче был пример, представьте вы,
Как жил бы Робин Гуд без тетивы.

Не бросайся камнями в соседей, если у самого стеклянные окна.
Кабан ценен упитанностью, а человек — добродетелью.
И хорошие жены, и хорошие плантации получаются у добрых мужей.
Тот, кто продает на доверии, теряет многих друзей и часто нуждается в деньгах.
"Черт тебя побери" — не для всех проклятие.

Понедельник, 7 сентября (всего 30 дней)

Тебе ума отмерил явно Бог
Лишь столько, чтоб ты сам одеться мог.
Но и тебе дозволено судьбой
И жить, и даже гордым быть собой.
Недавно я такого повстречал.
Я знал его, но он себя не знал,
Хоть знал меня; не видел я таких,
Кто тайну собственной души постиг.

Влюбленные, странники и поэты готовы заплатить, чтобы их услышали.
Кто много говорит, много ошибается.
У кредиторов память лучше, чем у должников.

Муж, что рогами щедро награжден,
Вооружен, но не предупрежден.

Понедельник, 8 октября (всего 31 день)

Однажды некий беспокойный Уилл
Себя больным взял и вообразил.
Приходит доктор: как ваш аппетит?
— Не жалуюсь, всегда бываю сыт.
— А спите как? — Прекрасно, как и ем.
И пью я абсолютно без проблем.
— Симптомы, — доктор вымолвил ему, —
Все эти я лекарствами сниму.

В трех вещах чаще всего обманываются мужчина: в лошадях, в париках и в женах.
Тот, кто живет хорошо, узнал достаточно.
Нищета, поэзия и звучные титулы делают из человека посмешище.
Пусть не ходит босиком тот, кто разбрасывает гвозди.
Нет обманутых кроме тех, кто доверились.

Понедельник, 11 ноября (всего 30 дней)

Когда вы больны, то лекарство, которое нравится вам, выберете в первую очередь; то лекарство, которое подсказывает ваш опыт — во вторую очередь; то лекарство, которое подсказывает разум (т.е. теория) — в последнюю очередь. Но если вам удастся убедить доктора Предпочтение, доктора Опыт и доктора Разум держать меж собой совет, они дадут вам лучшую рекомендацию, какую только можно получить.

Бог исцеляет, а врач берет гонорар.
Если желать многого, то это многое будет казаться малым.
Ротик Мэри ничего ей не стоит: она открывает его только за счет других.
Получай, прежде чем расписываться, но расписывайся, прежде чем платить.
Я мало видел тех, кто умирал от голода, а от еды — сто тысяч.

Понедельник, 10 декабря (всего 31 день)

Зимой Солнце ближе к Земле, чем летом, на 15046 миль (погода зимой холодная из-за того, что выходит оно ниже и светит меньше). Луна ближе в перигее, чем в апогее, на 69512 миль. Сатурн на 49868 миль, Меркурий на 181427 миль. И все же, Меркурий никогда не отдаляется заметно от Солнца, как и Венера. Никогда не увидите секстиль Солнце-Меркурий или квартиль Солнце-Венера.

Девы Америки, кто виноват в том, что у вас плохие зубы?
Ответ: горячие супы и холодные яблоки.
Выдай замуж дочь — и вскоре будешь есть свежую рыбу.
Кто благословен Господом, у того и сука опоросится.
Кто желает все дни свои в мире прожить,
Не подумав, не должен говорить и судить.

Адью.

В прошлогоднем своем альманахе я упомянул, что видимые затмения года 1736 предзнаменуют великие и удивительные события, относящиеся к северным колониям, и обещал рассказать о них в этом году подробнее. Но, поскольку событий тех не стоит ожидать в ближайший год, я решил, обдумав все хорошенько, воздержаться пока от их описания до тех пор, пока не выйдет мой альманах в том году, в котором они должны произойти. Однако чтобы не разочаровать полностью читателя, ниже для его развлечения я привожу

ЗАГАДОЧНЫЕ ПРОРОЧЕСТВА,

которые тем, кто их не понимает, не дадут исчерпывающего ответа.
1. Еще до середины этого года на северо-востоке поднимается сильный ветер, который перенесет воду из моря и рек, да так, что под ней окажутся значительные части городов Бостона, Ньюпорта, Нью-Йорка, Филадельфии, низменности Мэриленда и Вирджинии, а также город Чарлстон в Южной Каролине. У кого запасены там в погребах соль и сахар, будут довольны, если прочны у них крыши и потолки. В противном же случае не надо быть кудесником, чтобы предугадать, что припасам этим легко может быть нанесен ущерб.
2. Примерно в середине года множество полностью груженых судов будут выведены из портов силами, с которыми мы не враждуем — причем такими, которые нельзя увидеть и описать, а также назвать приходящими или уходящими. Но не стоит ожидать, что такое предприятие непременно навредит портам.
3. Однако, вскоре после того, заметная армия в 20000 мушкетеров высадится, частью в Вирджинии и Мэриленде, а частью в нижних графствах по обоим берегам Делавэра и захватит эти земли, и станет коайне досаждать их жителям.
Правда, чем ближе к зиме, тем гибельнее для них будет местный климат, и дойдет до того, что с началом заморозков их охватит падеж, точно стадо больных овец, и к Рождеству жители одолеют их окончательно.

Внимание: в следующем выпуске альманаха я дам пояснения к этим загадочным пророчествам Р.С.

ПРЕДИСЛОВИЕ

Любезный мой читатель, вот уже в пятый раз появляюсь я на публике, размечая будущий год для своих славных соотечественников и предсказывая, что будет, что может быть, а чему не быть — должен признать, что занятие это приносит мне известное удовлетворение. Поистине, при таком множестве астрологических предсказаний и не удивительно, что некоторые оказываются неточны; не умаляя важности самого этого искусства, стоит лишний раз заметить, что даже мельчайшая ошибка, одна-единственная неверная цифра, прокравшаяся в расчеты, может привести к громадным расхождениям. Что касается нас, пишущих в альманах, то, если мы и допускаем где неточности, то, во всяком случае, без сомнения точно указываем день выхода, в чем, я полагаю, и есть главная польза альманаха.

Что же до погоды, мне хотелось бы избежать соблазна уподобиться в ее предсказаниях моему брату Д-ну и пуститься в разговоры о том, что в Новой Англии-де будет снежно, в Южной Каролине — дождь, а на севере холодно, а на юге тепло. Сдается мне, что вряд ли кому я услужу рассказами о том, какова погода за 1000 миль от них. Лучше я коснусь той погоды, что затронет непосредственно читателя, и заключу оптимистично, что она будет именно такова, какая ему угодно и придет в нужное ему время. Прошу лишь только дать мне право на небольшую ошибку в день-два до или после назначенной даты и учесть, что вину за несбывшийся прогноз должен разделить со мной издатель, который, буде возникнет на то необходимость, располагает всей свободой изменять его по своему усмотрению — хотя бы и затем, чтобы подгадать хорошую ему погоду под собственные выходные. Добавлю еще, что раз достается ему от почтенной публики часть славы за мой альманах, то должна доставаться и часть моей вины.

Не могу не поблагодарить почтенную публику за всю ту поддержку, которую она мне оказала. Если бы любезный приобретатель моих трудов мог видеть, сколь часто его монеты помогают мне разжечь уютный огонь и наполнить тарелку с чашкой да радуют сердце бедного человека и доброй старой женщины, он не счел бы свои деньги потраченными напрасно, даже если бы в его альманахе половина листов оказались пустыми.

Ваш друг и покорный слуга Р. Сондерс

СНАДОБЬЕ ОТ УКУСА ГРЕМУЧЕЙ ЗМЕИ

Индейцы долго держали в секрете растение, которым лечат укусы ядовитого пресмыкающегося, известного как гремучая змея. Надеюсь, что окажу достойную услугу этой части света, если раскрою их секрет в нижеследующем описании с иллюстрацией собственно листа растения.

Верхняя часть растения и его ветви толсты и в августе и сентябре расцветают маленькими желтыми цветками. Это разновидность золотарника, отличающаяся от других сортов гладкостью листа и остротой его вкуса. Жевание и глотание его листьев сопровождается кратковременной остановкой дыхания и сокращением мышц глотки. Стебель его в полный рост почти достигает одного ярда, а в иных районах и превосходит, цвет его тускло-пурпурный, сам же он гладкий и покрыт мелкой голубой пыльцой, как многие английские сливы. Растет он во многих лесах, но в тени деревьев встречается редко. Также попадается на берегах иссохших русел (а иногда прямо в них) и в живых изгородях. Пышнее же всего он произрастает у ручьев, если почва там плодородна, не слишком влажна и не слишком тениста. Корень растения продолжает расти и зимой, и при надлежащем уходе даст (на 2-й или 3-й год) не менее 50 стеблей.

Индейцы применяют его по-разному: иногда размалывают камнями, а иногда жуют и выплевывают в рот страждущего; бывает и так, что прикладывают к ране или возле раны, либо же варят и дают выпить отвар или промывают отваром рану. Так или иначе, часть растения проглатывается больным либо со слюной, либо с водой.

Советы тем, кто хочет быть богатым.

Все преимущество денег — в возможности пускать их в дело. Если вы известны своей честностью и осмотрительностью, то за 6 фунтов в год вы можете получить 100 фунтов.
Кто в день попусту тратит 4 пенса, в год выкидывает на ветер больше 6 фунтов, что и есть цена пользования 100 фунтами.
Кто день за днем попусту тратит столько времени, за сколько мог бы заработать 4 пенса, теряет право пользоваться 100 фунтами.
Кто попусту тратит время, в которое мог бы заработать 5 шиллингов, теряет 5 шиллингов и с тем же успехом мог бы выкинуть 5 шиллингов в реку.
Кто теряет 5 шиллингов, теряет не только эту сумму, но и всю пользу, что мог бы получить, пустив ее в дело — а это, если начинать с юности, к старости могло бы обернуться немалым мешком с деньгами.
Опять же, кто продает в кредит, берет не только цену, за которую продается товар, но и процент за пользование своими деньгами в течении времени, на которое он готов ссудить.
Следовательно, кто покупает в кредит, платит за то процент. Тот же, кто платит сразу всю сумму наличными, мог бы пустить эти деньги в дело — следовательно, и он, завладел купленным, платит за то процент.
Так что, если вас одолеет желание купить то, без чего можно обойтись, задумайтесь, согласны ли вы платить за это процент, и еще процент за процент до конца жизни, а если покупка со временем становится хуже — то и больше того.
Притом, если покупаете товар, выгоднее заплатить всю сумму сразу — ведь тот, кто продает в кредит, рассчитывает на потери в 5 процентов из-за неудачных сделок, и потому сразу закладывает эти потери в цену товара.
И те, кто покупают в кредит, оплачивают часть потерь продавца.
Тот же, кто платит сразу всю сумму, избегает или может избежать этой необходимости.
Сэкономленный пенс — два пенса чистыми в будущем. Из грошей складываются шиллинги. Сохраняйте и приумножайте.
Из мелочей слагается крупное.

Понедельник, 11 января (всего 31 день)

Евреям бог принес спасенье,
Но впрок не стало откровенье.
Так, медиков презрев старанье,
Не все приемлют прививанье.
Мол, Сатана, что Иова пытал,
Ему дурные мысли так же прививал.
Допустим, друг, ты верно все сказал,
Но вспомни — после Иов процветал.

И величайший из монархов на высочайшем из тронов сидит на своем заду.
Жизнь, прожитая не попусту — вот настоящий шедевр.
Кто крадет у старика ужин, тот ничем ему не вредит.

Понедельник, 12 февраля (всего 28 дней)

Малыш фракийский только что рожден,
Но в доме слышен похоронный стон.
Малыш фракийский смертью унесен —
И с радостью родными погребен.
Иной, кто про обычай сей прочтет,
Его бездумным варварством сочтет.
Но, если вникнуть, очень может быть,
Что древним есть, чему нас поучить.

Селянин между двух юристов — что рыба между двух котов
Умение отдыхать важней умения завоевывать.
У скряги и сыр всех полезней.

Понедельник, 1 марта (всего 31 день)

Вдова, почтенная жена,
Скорбит по умершему мужу
И горем так поглощена,
Что ей весь мир с тех пор не нужен.
Надежду заглушает боль,
Укоренился траур в доме.
Несчастной мучиться доколь?
Один ушел — не быть другому.

В любви и власти компаньоны ни к чему.
Кратчайший путь к славе — делать для совести то, что делают для славы.
Много денег тратится на то, чтобы рассмешить окружающих, хотя тратящиеся о том и не подозревают: взгляните, например, на славного жеребца мистера А. и шикарный особняк мистера Б.

Понедельник, 2 апреля (всего 30 дней)

Раз с молитвою в храм Аполлона прибыли
Нимфа в слезах и пастушок безутешный.
Обмануты теми, кого полюбили,
Хотят убедиться, что сами безгрешны.
Долго молча стоял, размышлял Аполлон,
А после вердикт наконец вынес он:
Лишь тот безгрешен может быть, кого не искушали,
И непорочной — только та, кого не соблазняли.

Придумать цель в жизни почетней, чем придумать сюжет для книги.
Бедный Рой ест, как здоровый, а пьет, как больной.
Тяготы и потери нас делают скромнее и мудрее.
Любовь, кашель и дым скрыть непросто.

Понедельник, 3 мая (всего 31 день)

Богач стремится лишь приумножать,
Хоть и твердит Душа ему: "Потрать!"
Ловкач же промотать мечтает разом
Все то, что заработать хочет Разум.
Счастливей был и то бы, и другой,
Когда бы поменяться им судьбой.
Иль совместить их — чем двоим страдать,
Один пусть будет ликовать.

Лучше хорошо сделать, чем хорошо сказать.
Невесту, золото и наряд
Не выбирай там, где лишь свечи горят.

У того, кто может долго странствовать пешком, хорошая лошадь.
Не бывает как некрасивых возлюбленных, так и красивых тюрем.
Нет лучше знакомства, чем разумный и преданный друг.

Понедельник, 4 июня (всего 30 дней)

Неси нам, мальчик, чашу из фарфора
И до краев водой наполни споро.
Еще потом подай ямайский ром
И ложку, чтоб блестела серебром.
Нож, ситечко и сахар, и стакан.
И фрукт, что нам природой доброй дан.
Пока часы раз десять не пробьют,
Ничто не потревожит наш уют.

Путешественник должен иметь нос борова, ноги оленя и хребет осла.
В дом работящего человека голод лишь заглядывает, но заходить не смеет.
Хороший юрист — плохой сосед.

Понедельник, 5 июля (всего 31 день)

Беспутный Джек, что милостью друзей
Живет, раз уж не гонят все взашей,
За двадцать шиллингов, что друг ему ссудил
("Боюсь, — думал друг, — что подарил"),
Собрался и расписку написать,
Бумагу же хотел у друга взять.
Друг от расписки отказался — благо
Не деньги сохранит, так хоть бумагу.

Смерть, священник и адвокат — вот нерушимый триумвират.
Смерть забирает и хворых, и здравых,
Адвокат получает с виноватых и с правых,
Священник же и с неживых может брать.

Худшее колесо в телеге слышно больше всего.

Понедельник, 6 августа (всего 31 день)

На смертном одре муж лежит,
Жена его в отчаянье.
Рыдает он, она скорбит —
Так оба опечалены.
И пусть страдания равны —
Разнятся опасения.
Молитвы тайные жены
Отнюдь не о спасении.

Не вводи в заблуждение ни доктора своего, ни адвоката.

Чем реже дерево туда-сюда сажают,
Чем реже дружное семейство разлучают,
Тем больше они оба процветают.

Понедельник, 7 сентября (всего 30 дней)

Ты говоришь: "Я скоро изменюсь".
Как скоро? В этой жизни ли дождусь?
Иль раньше пересохнет океан,
Чем твой осуществится "скорый" план?
Твое "уж скоро" — клясться я готов —
Ждать можно до скончания веков.
Стать лучше вознамерился с утра?
Кто поумнее — стал еще вчера.

Пусть письмо ждет почтальона, а не почтальон письмо.
Три плотных приема пищи в день — ничего хорошего.
Лучше отправиться к врагу при смерти, чем молить о друге при жизни.

Кому секрет свой отдаешь,
Тому свободу продаешь.

Понедельник, 8 октября (всего 31 день)

К Т.Т., разрушившему славные деревья своего домовладельца

Нам как благословение свое
Природа дарит на врагов чутье.
Гусь от лисы бежит, хоть и дурак,
Овца от волка, и от скал моряк.
Предчувствия пеньковый воротник,
Деревьям вор не доверять привык.

Хочешь иметь безупречного слугу? Обслуживай себя сам.
Тот, кто погонится сразу за двумя зайцами, упустит обоих.
Если хочешь опрятную жену, выбирай ее в субботу.
Если у тебя есть время, не трать его понапрасну.

Понедельник, 9 ноября (всего 30 дней)

Готов ты фунтов сотен пять
На странствия потратить.
Поближе Старый Свет узнать
И стать умнее, кстати.
Уж раз твой нрав всегда с тобой,
В гостях его обуздывай.
И содержание удвой,
Чтоб странствовать неузнанным.

Скажите скряге, что он богат, а женщине, что она стара — и не видать тебе ни денег от первого, ни доброты от второй.
Не ходи к доктору с каждым недомоганием, к адвокату с каждой ссорой и к кувшину с каждой сухостью в горле.

Понедельник, 10 декабря (всего 31 день)

Пусть женщины — книги, мужчины падки
Искать в таких изданьях опечатки.
Не все — иной вот не перестает
Боготворить страницы, переплет.
И так, признаем, все-таки, бывает,
Что некоторых вовсе не читают.
А кто-то их готов уподоблять
Журналу, чтобы каждый год менять.

Кредиторы — суеверная секта наблюдателей за заданным днем и временем.
Самый благородный вопрос в мире — "Чем я могу тут быть полезен?
Nec sibi, sed toto, genitum se credere mundo — ты создан не для самого себя, а для целого мира.
Ничто так не популярно, как добродетель.

В прошлом я публиковал некоторые загадочные пророчества, не ожидая, что кто-либо примет их за серьезные предсказания. Ниже приведено обещанное разъяснение.

1. Вода из морей и рек испаряется под солнцем и поднимается вверх, образуя в воздухе облака, проливающиеся потом дождем. Когда с неба льет (что часто бывает при северо-восточном ветре), города и другие объекты на Земле оказываются под водой.
2. Силы, с которыми мы не враждовали, но которые, как и было сказано, вывели многие суда из портов до конца года — ветра, что нельзя назвать ни приходящими, ни уходящими.
3. Войско, которое, согласно пророчеству, должно было высадиться на берег в Вирджинии, Мэриленде и нижних графствах Делавэра — не мушкетеры с ружьями на плечах, как ожидали некоторые, а москиты с острыми жалами. Всем известно, что до того, как отправиться в первый полет, москиты обитают в воде; потому, наверное, они "высаживаются" до того, как становятся назойливыми.

ЧУДЕСНОЕ ПРОРОЧЕСТВО
на январь 1737 года, полностью состоящее из старинных предсказаний.

Лишь только минет первый месяц года,
Большие чудеса узрят народы!
Четыре короля встряхнут весь Альбион,
Он в распри с войнами вдруг станет погружен.
Один найдет себе нажданный клад,
Другой монетке медной будет рад.
И затрепещут в ужасе не раз
Сердца, заслышав жуткий трубный глас.
Затем в больших и малых городах
Давно усопших содрогнется прах.

ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ МИССИС СОНДЕРС

Любезные читатели, мой добрый муж отбыл на прошлой неделе к реке Потомак, чтобы навестить своего друга-звездочета и присмотреть там местечко, где мы оба могли бы окончить наши дни. Мне он оставил запечатанную копию альманаха с поручением отправить ее в типографию. Ко мне в душу закралось подозрение, и потому, как только он ушел, я вскрыла посылку, чтобы посмотреть, не стала ли в этом выпуске мишенью его обычных шуток. Подозрения меня не обманули. Муженек — не иначе, затем, чтобы заполнить место — писал в предисловии, что его жена Бриджет и то, и это, и пятое-десятое. Да что ж такое! Уже и ошибиться мне нельзя без того, чтобы на всю страну ославили в печати! Все теперь знают и, что я горделивая, и что глотка у меня луженая, и даже что у меня новая юбка! Кто б сомневался — всему миру интересно, что жена Бедного Дика любит, к примеру, побаловать себя чашечкой чая. Конечно, есть ли новости поважнее?! Да, мне случалось отведать чая, что подарил нам в прошлом году издатель — так что же нам было, выбрасывать его? В общем, я решила, что такое предисловие для печати не годится, и потому изъяла его из рукописи. Смею полагать, что без него наш альманах понравится вам ничуть не меньше.

Ознакомившись же с прогнозом погоды, я увидела, что муж мой в изобилии напророчил везде дожди и хмарь, и потому всюду, где оставалось место для предсказаний, я написала "солнечно" и "ясно", чтобы добрым женщинам было когда вешать белье на просушку. Если же мой прогноз не сбудется — ну что ж, по крайней мере, я высказала свою добрую волю; надеюсь, зла на меня никто держать не будет.

Было у меня также и намерение внести иные правки — отредактировать, в частности, стихи, которые мне не вполне по нраву — но, к несчастью, я незадолго до того разбила очки, что и вынуждает меня попрощаться с вами.

Ваш преданный друг,
БРИДЖЕТ СОНДЕРС

ПОД ЗАГОЛОВКОМ О ЛУННЫХ ЗАТМЕНИЯХ НАПИСАНО СЛЕДУЮЩЕЕ:

Вы, конечно, извините меня, дорогие читатели, что в этом году я оставляю вас без лунных затмений. Дело в том, что они, по моему разумению, не приносят никакой пользы.

Слишком долго наблюдая за такими затмениями в холодном ночном воздухе, многие из вас могут простудиться. Что и произошло, к моему большому сожалению, в прошлом году. Но если вы пообещаете одеваться потеплее, через два года как раз сможет наблюдать очередное затмение.

Понедельник, 11 января (всего 31 день)

У Дика захворала раз жена,
И видит доктор: тяжело больна.
Испробовали все — безрезультатно.
"Что делать, — молвит доктор, — непонятно
Кровопусканье разве что, но с ним
Почти наверняка мы смерть узрим".
Муж отвечает: "Если рассудить,
То лично я за то, чтоб кровь пустить".

Есть три верных друга: старая жена, старая собака и наличные деньги.
Тому, кто много говорит, свои уши ни к чему.
Хочешь, чтобы башмаки служили тебе долго — не подбивай их гвоздями.
Разве кто обманывает тебя чаще, чем ты сам?

Понедельник, 12 февраля (всего 28 дней)

Как христиане мы себя блюдем,
И вот пример, чтоб убедиться в том.
Коль заповеди трудно исполнять,
Мы все готовы их переписать.
Когда описан будет в них наш быт,
В безбожьи нас никто не укорит.
Беда лишь в том, что заповеди те
Нам не зачтут на божеском суде.

Разве ранит что-то человека больше, чем несчастье, причиненное им самим?
Ничто не приносит больше боли, чем избыток удовольствия;
ничто не связывает больше, чем избыток свободы (или распутства).
Читай много, но не все.

Понедельник, 1 марта (всего 31 день)

Жена Джека родилась в Безволлингеме, росла в Труденгеме, долго жила в Спалингеме и за провизией посылала мужа в Охотингтон. Супруг же, набравшись решимости, взял ее в Оборотинг, иначе жить бы ему и умереть в Подкэблучингеме.

Кто хочет сократить себе Великий пост, пусть займет деньги с обязательством вернуть к Пасхе.
Пиши с учеными, говори с простыми.
Беги от удовольствий, и тогда они последуют за тобой.
Такая белка, как она, прикрывает себе спину хвостом.

Понедельник, 2 апреля (всего 30 дней)

Не всякий запросто поймет,
Что и простолюдины
Ведут свой от Адама род
Не хуже господина.
Ужели не завоевал
Я право на величие? Хоть герб себе ты раньше взял,
Другого нет отличия.

Цезарь не знал такого триумфа, какого достоин тот, кто победил сам себя.
Ты добродетелен? Так бери и красоту, присущую добродетели.
Покупай то, что тебе не нужно — и очень скоро станешь продавать то, что нужно.
Если есть у тебя ум и сноровка, добавь к ним мудрость и скромность.

Понедельник, 3 мая (всего 31 день)

Мысль о бережливости

В одном акре земли 43560 квадратных футов.
В 100 акрах — 4356000 квадратных футов.
100 акров земли ты купишь за двадцать фунтов.
В 20 фунтах 4800 пенсов — подели на них
количество футов в 100 акрах и узнаешь, что
за один пенс можно купить 907 квадратных футов —
надел в 30 футов стороной. Сберегай же каждый пенс.

Если быть добродетельнее принцев, то можно стать счастливее принцев.
Если хочешь, чтобы тебя не забыли сразу после того, как в могилу зарыли, либо пиши то, что достойно прочтения, либо делай то, что достойно описания.
Не продавай добродетель, чтобы купить богатство, и свободу, чтобы купить власть.

Понедельник, 4 июня (всего 30 дней)

Эпитафия на могиле болтливой старухи

Под камнем сим погребена
Весьма болтливая жена,
Чей рот закрылся лишь тогда,
Когда легла она сюда.
Боюсь, что будет ей не рад
Не только рай, но даже ад!
А рай, где блажь и тишина,
Отвергнет, думаю, она.

Пусть твои пороки умрут раньше тебя.
До женитьбы держи глаза широко открытыми, а после — полуоткрытыми.
Древние говорят нам что лучше всего, но от современников стоит узнать что более всего уместно.

Понедельник, 5 июля (всего 31 день)

Пусть в первый месяц будешь адвокатом,
Второй — врачом, церковником на третий,
Ты не забудь, что надо выбирать
Тебе одно из трех ремесел этих.
Решайся и сомнения отринь —
Ты тем верней потерпишь неудачу,
Чем больше будешь браться за все три.
Известно всем — не может быть иначе.

Если я не могу держать за зубами свой язык, то как смогу удержать языки чужие?
Почетнее сокращать издержки, чем оставаться без денег.
Раз не уверен в минуте, не выбрасывай целый час.

Понедельник, 6 августа (всего 31 день)

Филон пером без устали строчит,
Рука быстра, а разум не спешит.
Я б в глупости его не уличил,
Когда б к бумаге он не подходил.
О Феб, скорее Филона образумь!
Не руку упражняет пусть, а ум.
Нельзя того к чернилам подпускать,
Кто здраво не способен рассуждать.

Если делаешь, чего не должен делать, будь готов слушать, чего не хочется слышать.
Свои добрые дела не откладывай, не уподобляйся Святому Георгию, что сидит в седле, но никуда не едет.
Желай себе не долгой, а хорошей жизни.

Понедельник, 7 сентября (всего 30 дней)

Спасенья нет, кругом печаль.
Пусть смерть придет, мне жизнь не даль.
Оставлен я, любовь ушла,
Надежду злоба увела.
Принес я горести обет.
Кругом печаль, спасенья нет.

Стоит не разбрасываться как праздными словами, так и праздным молчанием.
Я никогда не видел филосовский камень, что превращал бы свинец в золото, но видел, как в погоне за ним у человека золото превращалось в свинец.
Не доверяй слуге проживать с тобой.

Понедельник, 7 октября (всего 31 день)

Сомнительный смысл:

Коварный признан слабый пол —
Пожалуй, не напрасно.
Хоть чем заслужен сей укол
Не каждому и ясно.
Под их показной добротой
Уловок хитрый целый строй.

Время — снадобье, что лечит все хвори.
Чтение наполняет человека, размышления — умудряют, а обсуждения — просветляют.
Если кто мне польстит, то и я ему польщу, будь то даже мой лучший друг.

Понедельник, 9 ноября (всего 30 дней)

Потомку нечестивец оставлял
Наследство, что неправдой добывал.
Святым был проповедник возглашен —
И вот увековечен в камне он.
Кого молитва помнит или камень,
О том вздохнем: "Как жаль, что нету с нами!"
А тот, кто только золото стяжал,
Для нас не стоит, в общем, и гроша.

Пожелать скряге долгой жизни не есть доброе пожелание.
Лишь благовоспитанный человек умеет признавать свою вину и ошибку. Управляй своими делами и не дай им управлять тобой.
Между подражанием хорошему человеку и подделкой под него есть большая разница.

Понедельник, 10 декабря (всего 31 день)

Мудрец не устает нам повторять —
Язык всегда полезно обуздать.
Пусть тот, кто в мыслях Бога отрицал,
Невиданную глупость тем являл:
Насколько ж недалеким нужно быть,
Чтоб ты же мысль народу объявить?
И кто же те, кто сможет поддержать
Поступком эту мысль? — нам лучше знать.

Закрывай глаза на мелкие промахи — помни, что у тебя есть и крупные.
Ешь так, чтобы порадовать себя, но одевайся так, чтобы порадовать других.
В других ищи добродетели, в себе — пороки.
Вина у священника и пудинга у пекаря пробуй вдосталь.
Раз в год один порок искоренять —
И негодяй приличный может стать.

Проведя прошлой зимой несколько недель в гостях у старого знакомого в Нью-Джерси, наслушался я о большой нужде в деньгах и о том, что невозможно нам получить дозволение на выпуск новых денежных купюр. Друзья и соотечественники, позволю себе дать вам несколько советов — они не будут вам ничего стоить; и если вас не разозлит тот факт, что я их даю, не будете вы принижены и тем, что им внемлите.

Говорят, что сообща вы тратите ежедневно не менее двухсот тысяч фунтов на товары из Европы, Ост-Индии и Вест-Индии. Предположим, что половина этой суммы идет на вещи абсолютно необходимые, а половина — на предметы роскоши или, в лучшем случае, вещи избыточные, без которых вполне можно прожить год, не испытывая больших лишений. Чтобы сэкономить вторую половину, последуйте моим указаниям.

I. Решив купить себе новое платье, осмотрите сперва старое и подумайте, нельзя ли продлить срок его службы еще на один год чисткой, штопкой, а то и заплатками. Помните: заплатка на куртке и деньги в кармане лучше и почетнее, чем письма о взыскании, которые нечем удовлетворить.

II. Если вы решите купить себе фарфор, ситец, индийский шелк либо еще что-нибудь хрупкое и утонченное, я не стану идти против воли настолько, чтобы призывать вас отказаться от покупки абсолютно — я посоветую лишь отложить ее (как откладываем мы иногда покаяние) до следующего года. Это, в каком-то смысле, может сберечь вас и от покаяния.

III. Если вы привыкли пить дважды в день пунш, вино или чай, в последующий год пейте их один раз в день. Если сейчас вы пьете их один раз в день, пейте раз в два дня. Если сейчас пьете их раз в неделю, пейте раз в две недели. Коли удастся вам, сократив частоту употребления, не превышать обычного его объема, вы сбережете половину своих расходов по этой статье.

Iv. Решив выпить рома, наполните бокал наполовину водой.

Так к концу года всей страной вы сможет сэкономить сто тысяч фунтов.

Даже если и напечатали бы столь большое количество бумажных денег, никто не мог бы получить из них долю, не отдав за нее что-нибудь. Но все, что сэкономлено, остается с вами даром, и вся страна становится богаче. Благодаря этому должники смогут выплатить торговцам давние долги, что благотворно скажется на торговле, пусть и не прибавит ей размаху.

Газета

Бойня на Кинг-стрит

Наши читатели, без сомнения, знают о том, что в минувший понедельник вечером отряд солдат, выстроенный под окнами здания таможни, открыл стрельбу по горожанам, убив четверых и многих ранив. Читатели, конечно, ждут от нас подробного описания этого трагического происшествия; надеемся, однако, что они простят нам приличествующую в данном случае осмотрительность, поскольку городские власти намерены провести расследование и восстановить ход событий. Тем не менее, некоторые факты, похоже, уже установлены.

Перебранка между городскими юнцами и одиноким караульным у здания таможни привлекла туда множество горожан, чьи гневные крики не давали ему вставить ни слова. Так на Кинг-стрит образовалась большая толпа. Осознав бедственное положение своего солдата, капитан Томас Престон вышел к нему из главной казармы с отрядом вооруженных бойцов. Расталкивая штыками толпу и крича: "Дорогу"!", солдаты пробились к караульному. Заняв позицию у здания таможни, они снова начали толкать людей, пытаясь оттеснить их назад, и некоторых при этом укололи. Говорят, что те, громко возмущаясь, начали бросать в солдат снежки и, возможно, куски льда. Толпа издевательски кричала: "Огонь! Давайте, стреляйте!". Насмешки, новый залп снежков, — и вот кто-то выкрикнул: "Огонь, черт побери!". Один солдат выстрелил, какой-то горожанин ударил его дубинкой по рукам и выбил ружье, а затем ринулся вперед, целясь в голову капитану, но вместо этого задел его шляпу и нанес весьма мощный удар по руке. Однако солдаты успешно продолжили стрельбу, разрядив в итоге то ли семь, то ли восемь, то ли даже, по словам других, одиннадцать ружей.

Из-за этих роковых действий трое мужчин погибли на месте, а еще двое оказались на грани смерти. Но жестокость британских войск, не виданная прежде, по крайней мере, с начала правления Ганноверской династии, проявилась в ином: они пытались застрелить или заколоть тех, кто хотел вынести убитых и раненых!

Погибшие

Мистер Сэмюэль Грей: убит на месте, пуля попала в голову и снесла большую часть черепа.

Мулат по имени Крисп Аттакс: тоже убит мгновенно. В грудь вошли две пули, одна из которых проделала ужаснейшую дыру в правом легком и печени.

Мистер Джеймс Колдуэлл, помощник на судне капитана Мортона: подобным же образом убит двумя пулями в спину.

Мистер Сэмюэль Мейверик, многообещающий юноша семнадцати лет, сын вдовы Мейверик и подмастерье мистера Гринвуда, резчика по слоновой кости: пуля прошла через живот и вышла из спины, умер наутро после происшествия.

Мистер Патрик Карр, около тридцати лет, работал с мистером Филдом, кожевником с Куин-стрит: ранен, пуля прошла в бедро и вышла из бока. Мы опасаемся, что он умрет.

Есть те, кому нужна операция, кого мучает потеря крови, раздробленные кости и засевшие мушкетные пули.

Губернатор Хатчинсон изо всех сил старается успокоить народ. По его приказу упомянутый капитан Престон и вовлеченные в дело солдаты были арестованы до окончания расследования и выяснения всех обстоятельств дела.

Уничтожен груз чая. На Гриффинской пристани Бостона 16-го декабря, в четверг, произошло примечательное и прелюбопытнейшее событие.

Собравшись на пристани, группа лиц, одетых в оленью кожу и раскрашенных на манер коренных индейцев, организованно взошла на борт "Дартмута", "Элеанор" и "Бивера". Эти индейцы — а может, как заявляет большинство очевидцев, и не индейцы — были вооружены небольшими топориками, которые они называли томагавками.

Частью груза этих судов были три-четыре сотни ящиков с чаем. Капитаны судов публично заявили, что если "мятежники", как они с удовольствием назвали бостонцев, к следующему утру не откажутся от своих протестов против выгрузки чая, они выгрузят его силой под прикрытием своих пушек.

Оказавшись на борту, предполагаемые индейцы открыли трюмы, достали оттуда ящики с чаем и выкинули их за борт, предварительно разрубив и распотрошив томагавками, чтобы содержимое наверняка было уничтожено водой. Примерно через три часа все ящики с чаем, найденные на кораблях, были разломаны и выброшены за борт. Некоторые жители Бостона и окрестностей пытались стащить немного чая. С этой целью они, выгадав момент, хватали с палубы горсть обильно рассыпанного по ней чая и засовывали его себе в карманы. Предполагаемые индейцы встречали такие попытки презрительными возгласами и пинками.

Ранее в тот же день жители графства Саффолк собрались у Старого Южного молитвенного дома с целью обсудить, какие меры надлежит принять, чтобы предотвратить выгрузку чая или помешать собрать налог. Губернатор Хатчинсон не дал никакого удовлетворительного ответа на посланные ему запросы, и мистер Адамс прозорливо заметил, что "это собрание больше не в силах предпринять что-либо для спасения страны".

Не считая ящиков с чаем, больше никакого урона судам нанесено не было. По словам свидетелей, выбросив ящики в море, вандалы чисто вымели палубы от чайных листьев.

Созыв ополчения

Недавние события, какими громкими и бурными они ни были, не увенчались бы триумфальными победами, если бы не усилия нескольких всадников, что предупредили города и призвали ополченцев выполнить свой долг.

Эти всадники, главными среди которых были господа Пол Ревир и Уильям Доз, были посланы доктором Джозефом Уорреном, который получил из неназванных источников сведения о том, что в Лексингтон, где расположились на ночлег лидеры Сынов свободы, этой же ночью будет отправлен полк, чтобы арестовать их. Затем регулярные войска должны были выдвинуться в Конкорд, чтобы взять под контроль оружие, спрятанное там, помимо прочего, и на ферме Баррета.

Попытка передать послание от городка к городку могла закончиться неудачей, а доктор Уоррен не мог рисковать. Он все продумал и, чтобы сообщение наверняка не потерялось, отправил его одновременно двумя разными маршрутами. Сначала мистер Доз выехал из Бостона через Бостонский перешеек, хитростью обойдя засаду на дороге, и поскакал кружным маршрутом через Роксбери. Вскоре после этого мистер Ревир уговорил капитана Пуллинга зажечь огни на башне Старой Северной церкви — это было сигналом для Чарльзтауна, что регулярные войска уже в пути. Сам Ревир, рискуя головой, на лодке прошел под самым носом королевского судна "Сомерсет", чтобы добраться до Чарльзтауна и помчаться оттуда прямо в Лексингтон. По пути Ревир петлял, чтобы не попасться ночным патрулям. Вышло так, что обоим всадникам повезло добраться до Лексингтона и предупредить Сэмюэла Адамса и Джона Хэнкока об идущих туда регулярных войсках. Далее Ревир и Доз, к которым присоединился Сэмюэль Прескотт, отправились в Конкорд, но по дороге натолкнулись на солдат. Доз потерял лошадь и вернулся обратно в Лексингтон пешком. Прескотт заставил своего коня опасным скачком перемахнуть через заграждение и помчался в Конкорд, чтобы поднять ополчение. Ревир был пойман патрулем и чуть не расстался с жизнью. Ему удалось освободиться лишь тогда, когда солдаты, услышав выстрелы на холмах Конкорда, поспешили туда, чтобы присоединиться к битве.

Но на этом приключения мистера Ревира еще не закончились. Вернувшись в Лексингтон, он с изумлением обнаружил, что Джон Хэнкок собственнолично собирается идти в бой против британских солдат. Именно Ревиру пришлось убеждать его, что офицеру не место на поле битвы. После этого господа Хэнкок и Адамс удалились в более безопасное место, однако не смогли взять с собой ларец с бумагами конгресса, которые сослужили бы плохую службу, будь они найдены солдатами. Мистер Ревир вернулся, чтобы забрать эти бумаги до того, как солдаты доберутся до Лексингтон Грин.

Регулярные войска против ополчения. Прозвучали выстрелы.

Американцы! Никогда не забывайте битву у Лексингтона! Именно здесь британские войска, без всякого на то повода и причины, бессмысленно и бесчеловечно открыли огонь и убили несколько наших сограждан! Ход событий, насколько известно, был таков: после сообщения о том, что полк регулярной армии идет через Минотоми, чтобы уничтожить запасы оружия в Конкорде и его окрестностях, было созвано ополчение, в чьи ряды вступили жители даже таких отдаленных мест, как Седбери, Эктон, Линкольн и Бедфорд. Первый такой отряд преградил путь регулярным войскам у Лексингтон Грин, всего в семи милях от самого Конкорда. Колониальное ополчение под командованием капитана Джона Паркера, состоявшее из пары дюжин человек, стояло на оппозициях, а отряд майора Питкэрна колонной маршировал по Конкордской дороге. Четкого описания того, что произошло после, у нас нет, но члены ополчения заявляют, что не сделали ни единого выстрела, но залп регулярной армии убил восьмерых и нескольких ранил. Капитан Паркер отвел своих людей от дороги, и колонна кровожадных британцев отправилась дальше, в Конкорд.

В Конкорде другой отряд ополчения под командованием полковника Джеймса Баррета нашел уместным отступить через Северный мост, так как регулярных войск было гораздо больше. С вершины холма Баррет наблюдал за тем, как регулярная армия ищет оружие, и радовался прибытию других ополченцев из различных деревень. Вскоре полковник заметил, что его отряд превосходит числом регулярные войска, оставленные на страже у моста, и двинулся на них. Некоторые из солдат попытались убрать настил моста, чтобы замедлить продвижение ополчения, но были отозваны командованием. Последовал взаимный залп, с обеих сторон пали бойцы, и регулярные войска покинули поле боя. Большая часть армии к тому времени закончила свои бесплодные поиски и повернула к Бостону, но там ее ждали фланговые маневры и строевые атаки ополчения. Эти силы наверняка были бы полностью уничтожены, если бы не прибыл бригадирный генерал Перси с подкреплением, чтобы проводить их обратно в Чарльзтаун сквозь град мушкетных пуль.

Так мы обменялись выстрелами с нашими заморскими братьями. Мы перешли Рубикон. Американцы! Свобода или смерть! Объединимся или умрем!

Второй континентальный конгресс

В свете кровавых событий в Массачусетсе, в Филадельфии созван Второй континентальный конгресс, где представлены все 13 колоний. Конгресс постарается упорядочить военную ситуацию в соответствии с соглашением, достигнутым всеми колониями. Его задача — сконцентрировать переговоры с Лондоном в одном месте, ведя их от всех колоний одновременно. Представителем конгресса назначен Джон Хэнкок из Бостона, поскольку Пейтон Рэндольф, ввиду слабости здоровья, не смог взять эту ношу на себя, как на прошлом конгрессе.

На протяжении нескольких месяцев после победоносных сражений у Лексингтона и Конкорда военные действия были бессистемными. Разобщенные отряды ополчения выгоняли чиновников-тори и захватывали королевские арсеналы. Ввиду этого первым достижением Конгресса стало создание единой Континентальной армии из ополчений разных колоний и назначение генерала, который поведет ее. Главнокомандующим был выбран генерал Вашингтон из Вирджинии, прошедший Франко-индийскую войну, а генерал-майорами для него — Артемас Уорд, Чарльз Ли, Филип Скайлер и Израэль Патнэм. Конгресс также постарался удовлетворить меркантильные интересы колоний: теперь все американские порты отрыты, а ненавистным Навигационным актом попросту пренебрегают.

Несмотря на создание Континентальной армии, конгресс надеется со временем уладить разногласия между колониями и короной во благо всех сторон. С этой целью конгресс одобрил идею направить британской короне "Петицию оливковой ветви", предлагая мир.

Кровавая битва в Чарльзтауне!

На холме Бридс-Хилл колониальное ополчение вступило в бой с войсками короны.Насчитывается много убитых и тяжело раненных.

Как только стало известно, что силы короны намереваются занять позиции, господствующие над всем Чарльзтауном, генерал Артемас Уорд отправил на будущее после боя тысячу ополченцев. Проведя всю ночь за работой, генерал-майор Израэль Патнэм и полковник Уильям Прескотт умело и быстро воздвигли редут, спускающийся через весь Бридс-Хилл к самой реке Мистик, и означенные укрепления утром знатно удивили королевские войска.

Колониальное ополчение продолжало строить брустверы даже под огнем судов Бостонского залива. К вечеру около двух тысяч солдат — стрелки, легкая пехота и регулярные войска — высадились на берег у Чарльзтауна и атаковали укрепления колонистов. Ополченцы-снайперы наносили королевской армии урон издалека, и генерал Хау ответил на это в исключительно трусливой манере, приказав обстрелять горючими снарядами дома самого Чарльзтауна, поджигая город. Горожане бежали в поля.

Несмотря на нехватку рома и боеприпасов, доблестные ополченцы не оставили своих позиций и, подождав, пока передние ряды врага глубоко войдут в зону поражения, дали сокрушительный залп. Откатившись назад, армия британцев атаковала снова, и снова ополченцы Новой Англии нанесли солдатам огромный урон. С другого берега Чарльза за битвой наблюдали, взобравшись на крыши, жители Бостона.

В третий раз силы короля начали восхождение на склоны Бридс-Хилла. Увы, все резервы боеприпасов у ополченцев уже истощились, и они беспорядочно отпустили, оставив Бридс-Хилл и Банкер-Хилл королевским войскам.

Победа доставалась генералу Хау дорогой ценой — он потерял около тысячи солдат убитыми и ранеными. Потери ополчения насчитывают четыре сотни бойцов.

Опустошительный пожар в Манхэттене. Сгорела церковь Троицы. Подозреваются повстанцы.

21 числа, в позапрошлую субботу, по Нью-Йорку прокатился разрушительный пожар. Он занялся у Уайтхолл-слип, скорее всего, в таверне "Бойцовые петухи", заведении с неблагоприятной репутацией. Юго-западный ветер быстро понес пламя по улицам на север, выгнав многих горожан из домов. Захватив с собой все, что успели, они нашли относительно безопасное убежище в городских парках. Ветер, поменяв направление, выжег большую часть города от Бродвея до Гудзона. Горящий пепел с кровель, гонимый ветром, перелетал через улицу и на более далекие здания. Вскоре занялась крыша церкви Троицы, и та сгорела за считанные минуты.

Поскольку пожарных служб в городе не осталось, потушить пламя вызвались королевские солдаты, но их попытки были практически безуспешны, и огонь продолжал бушевать в ночи. К счастью, часовня Св. Павла была спасена благодаря добровольцам, которые носили воду, чтобы помочь потушить ее крышу.

Огонь уничтожил почти пять сотен зданий и частных домов.

Неизвестно, на ком лежит ответственность за пожар. Однако ни для кого не является секретом желание повстанцев причинить побольше трудностей королевским солдатам, которые недавно так отважно заняли город. Генерал Хау начал расследование происшествия.

Свобода! Конгресс единогласно объявляет Объединенные колонии свободными и независимыми штатами!

Вчера представители всех тринадцати колоний объявили о независимости своих граждан, официально порвав все связи с Британией. "Декларация независимости", как был назван принятый документ, составлен несколькими авторами, в первую очередь Томасом Джефферсоном, Джоном Адамсом и Бенджамином Франклином, и описывает события и мотивы, приведшие к окончательному расколу, гораздо красноречивее, чем мы могли бы.

Второй Континентальный конгресс начал работу над этим документом несколько месяцев назад, и мало кто из представителей всем сердцем желал, чтобы колонии примирились с королем, получив гарантии соблюдения надлежащих прав. Надежда на такой исход таяла с каждым новым полком, высадившимся на наших берегах, до тех пор, пока все единогласно не проголосовали за то, чтобы отрезать нас от метрополии.

Джон Адамс заявляет, что отныне и впредь этот день следует отмечать пышно и помпезно, с представлениями, играми, состязаниями, пушками, колоколами, фейерверками и иллюминацией, от одного края континента до другого.

Трудности и лишения Континентальной армии

Армия генерала Вашингтона, вставшая лагерем миль за двадцать до Филадельфии, переживает суровую зиму. После поражения у Брендивайна Континентальную армию ждало унижение: конгресс спешно покинул Филадельфию до прихода королевских войск. Дойдя до нашей патриотической столицы, "красные мундиры" заняли ее. Новое несчастье было не за горами: прискорбное поражение под Джермантауном.

Сейчас генерал Вашингтон расположил свою армию в местечке под названием Велли-Фордж к югу от реки Скулкил. Благодаря горам Джой и Мизери здесь будет легко обороняться. Однако патриотам приходится бороться с голодом, мечтая о теплой одежде и крыше над головой. Генерал отправил их строить хижины из бревен, пообещав двенадцать долларов в награду самой искусной бригаде каждого полка, быстрее и лучше всех закончившей работу.

Правда, стройка на толстом слое снега стала нелегкой задачей для солдат. Из-за нехватки еды и одежды разразилась эпидемия: многие пали жертвами дизентерии и тифа. Погибли сотни бойцов одиннадцатитысячного войска. Лишь неугасимая вера в независимость и лично в генерала Вашингтона сохранила жизнь остальным.

Прибытие военного инструктора Фредерика фон Штойбена для тренировки бойцов и обучения их боевому строю и маневрам, а также жен и детей многих из них, помогающих добывать для лагеря еду и дрова, значительно подняло боевой дух солдат.

Жаркая битва при Монмуте! Континентальная армия преследует роялистов

Британская армия под командованием генерал-лейтенанта Генри Клинтона оставила Филадельфию и отправилась на воссоединение с британскими силами в Нью-Йорке. 28 июня генерал Вашингтон со своими войсками, насчитывающими около одиннадцати тысяч человек, догнал британцев и вступил с ними в бой.

Британскую колонну обременяли обозы с продовольствием, артиллерийскими орудиями и филадельфийскими лоялистами. Увидев отличный шанс атаковать нестройные ряды врага, генерал Вашингтон вышел навстречу из лагеря в Велли-Фордж. Континентальная армия догнала британцев в окрестностях Монмута. Желая разорвать британскую колонну и выиграть время для подхода основной части своего войска, Вашингтон передал командование авангардом генерал-майору Чарльзу Ли, отдав тому приказ атаковать колонну и разбить ее пополам. Как удалось выяснить нашей газете, поначалу Ли был не согласен с планом и отказался от командования. Когда же он его все-таки принял, его командиры, похоже, не получил четких приказов. Они атаковали наобум, и вскоре завязалось множество беспорядочных стычек с британским арьергардом. Увидев смятение войск, Ли скомандовал общее отступление, а "красные мундиры" стали преследовать его.

Беспорядочно отступающие войска Ли врезались прямо в идущую навстречу колонну генерала Вашингтона. Говорят, что с уст славного генерала слетело несколько довольно крепких словечек, что совсем не свойственно его натуре, и он отправил Ли в хвост колонны, забрав себе его людей. После этого вся Континентальная армия вступила в бой с силами Клинтона, командование же над бойцами Ли было отдано маркизу де Лафайету. Благодаря усилиям барона фон Штойбена американские силы сражались дисциплинированно, не ломая строя, и стали достойными противником "красным мундирам". К закату поле битвы осталось за американцами. Хотя Вашингтон хотел и далее продолжать бой, ночная тьма спасла британцев от новых поражений!

Генерал Ли в настоящий момент ждет решения военного трибунала в Инглиштауне. Ожидается, что его отстранять от командования.

Как уже известно читателям нашего издания, недавно французский флот под командованием генерала де Грасса покинул Карибский регион, направившись к Йорктауну, чтобы блокировать английские силы под командованием генерала Корнуоллиса. В прошлую среду, 5-го сентября, сюда пришел британский флот, насчитывающий 19 линейных кораблей. Французский флот, в котором, говорят, их больше двадцати, тут же вышел навстречу британскому.

Ваш покорный слуга с обрыва наблюдал, как два флота встретились в море. Французскому флоту с трудом удавалось поддерживать боевой порядок. Его центр запаздывал, давая британцам отличный шанс атаковать и разбить их ряды. Однако британский адмирал — по нашим сведениям, это был адмирал Грейвз — не предпринял такой попытки. Некие джентльмены подле меня наблюдали происходящее в подзорную трубу и сообщили, что британские корабли позволили французским сблизиться и восстановить линейный порядок. Нас всех это повергло в изумление. Теперь уже начал отставать конец британской линии, который в этот день так и не вступил в бой.

Оба флота шли на восток, выстроившись линией напротив друг друга, что давало преимущество французам, которые могли открыть порты и стрелять с обеих батарейных палуб. Англичане этого сделать не могли: из-за килевой качки волны потопили бы их, залив порты нижней батарейной палубы, так что 32-фунтовые пушки нельзя было пускать в ход.

Британцы получили большой урон, но битва, похоже, закончилась ничем. Это, однако, тоже было на руку французам, так как их блокада не разбилась. Сегодня утром французам пришло подкрепление в лице адмирала де Берраса и его эскадры в семь судов. По нашим сведениям, адмирал Грейвз ушел и, вероятнее всего, возвращается в Нью-Йорк.

Таким образом, блокада Корнуоллиса продолжается. С суши его осаждают пехота и артиллерия под командованием генералов Вашингтона и Рошамбо.

Ошеломляющая победа! Генерал Вашингтон застает врасплох гессенцев в Трентоне

Пленены сотни солдат.

Совершив дерзкий налет, генерал Джордж Вашингтон одержал блестящую победу и склонил чашу весов на свою сторону, перечеркнув месяцы неудач. Несмотря на тяжелейшие условия, генерал смог собрать несколько тысяч бойцов и переправиться через реку Делавар, загроможденную льдинами. В действительности, немалая часть его войск не смогла переправиться, лишив генерала более чем половины бойцов, которых он намеревался повести в атаку. Тем не менее, сквозь снег и дождь Континентальная армия добралась до гессенского гарнизона в Трентоне. У многих в войске не было сапог, отчего они были вынуждены обмотать ступни и идти, оставляя за собой темный кровавый след, как знак своей решимости.

В Трентоне американцы застали врасплох полторы тысячи шатающихся спросонья гессенцев.

Главные американские силы под командованием Вашингтона вошли в Трентон с северо-запада. Он отправил генерала Салливана в обход города, чтобы атаковать с юга и расположить дополнительные силы с северо-востока, заранее закрыв гессенцам путь к отступлению. Гессенцы в спешке попытались посторониться, но под артиллерийским огнем капитана Александра Гамильтона и двойной атакой со стороны Вашингтона и Салливана у них ничего не вышло. Солдаты присоединились к городским жителям, чтобы вести огонь по гессенским стрелкам из окон домов. Во время этой перестрелки был серьезно ранен командир гарнизона, полковник Ралль. Его войска отступили к яблоневому саду и вскоре после этого сдались. Около девятисот гессенцев были взяты в плен.

В битве был ранен лейтенант Джеймс Монро, но не серьезно.

За несколько дней до этого похода эти же самые бойцы слушали памфелет "Кризис" Томаса Пейна. Мистер Пейн начинает так: "Настало время испытаний человеческой души", и замечает также, что "чем страшнее испытание, тем славнее победа".

Полковник Ралли скончался от ран еще до конца боя. В кармане у него нашли сложенный лист бумаги — сообщение о приближающихся американцах. Это предупреждение он, на свою беду, проигнорировал.

Рассказы о путешественниках

БУН: Двое наших друзей несколько недель назад до сих пор не вернулись. Узнайте, что их задержало, и заслужите место у наших костров.

КОННОР: Я наткнулся на стоянку путников в нескольких лигах отсюда. Зрелище то еще, я подумал на разбойников или солдат. Но, осмотрев территорию, понял, что с ними сталось.

Между ними завязалась драка. Они дрались жестоко, и один ударил ножом другого. Потом отправился домой. Но правосудие все равно настигло его — он погиб от волчьих клыков.

БУН: Он ходит на двух ногах, как человек, но все тело в густой шерсти. Неторопливый, сутулый, — сам своими глазами видел. Умный гад, держится или вдалеке или так, чтобы между нами была преграда, будто знает, куда я пойду. Где пройдет, там что-нибудь пропадает. Мелочь всякая. У одного парня увел трофей — оленьи рога. Капканы тоже — раскрывает их прямо голыми лапами. Вот бы кто-нибудь добыл его голову, чтоб все видели!

КОННОР: Я нашел чудище, о котором говорил Бун, покрытое шерстью с головы до ног. Рассказы о его уме и склонности к воровству правдивы, о кровожадности же — нет. Это просто человек. Человек, решивший жить в глуши. Что же до пропавшей собственности, могу только посоветовать быть внимательнее.

БУН: Я не моряк, но знаю, что он там. Кто-то зовет его кракеном, кто-то — морским змеем. Полста футов длиной, топит корабли потехи ради. Меня-то ни за что не заманишь в море его искать, но было б славно, если б кто-то разрешил эту загадку.

КОННОР: По Бостону ходят слухи о морском чудище. Все говорят, что оно длинное, черное и появляется только в присутствии одного старика. Оказалось, "чудище" — сам старик: у него было приспособление, позволяющее дышать под водой. Устройство и впрямь необычное, но, уверяю, опасности нет — можно выходить в море.

БУН: Шесть недель я бродил по этой глуши. Дичи — кот наплакал, жрать хотелось страшно, я и пошел к морю, там хоть краба или омара поймаешь. Тут-то я и увидел. Там маяк — все говорят, он давным-давно заброшен, да только там огонь горел. Тогда-то я и услышал. Жуткий вой на ветру. Клянусь, чуть богу душу не отдал. Тут вдруг из кустов олень выскочил — я и за ним. Оленя добыл, но к маяку теперь — ни ногой. Как пить дать, призраки. Вряд ли кто рискнет туда пойти.

КОННОР: Я был на маяке, он заброшен. Среди сусора, оставленного прошлыми обитателями, я нашел только пугало. Нет там никаких духов, по крайнемере, тех, которых стоит бояться.

БУН: Впервые я этот свет увидал в Бостоне. Я как раз сдавал добычу в лавку, когда из-за Бикон-Хилла взвилось пламя. Аж в небо ударило, выше луны. И исчезло. Я был не один. Все, кто рядом стоял, головы позадирали и пялились наверх, разинув рот. Что это — не знаю, но явно не из этого мира.

КОННОР: Трудно в Бостоне найти того, кто не видел огня в небесах, весь город об этом судачит. Но я выяснил, что огонь этот — вполне земного происхождения. Всего лишь зонтик, отражающий лунный свет между деревьев, которому помогли воображение и слухи.

БУН: Сам я не видел, но байки слыхал отсюда аж до Кентукки. Одному наемнику из гессенских полков в бою ядром оторвало начисто голову. Батальон его был окружен, и битву они проиграли. Но парень не умер. С тех пор он верхом мотается по земле, гоняется за людьми и отрывает несчастным головы в надежде отыскать свою. А покуда не отыщет, взамен на плечах у него тыква. Сам я не видел, но вот безголовые трупы, что он за собой оставляет, — это видал. Упокой их, Господь.

КОННОР: Я нашел Всадника без Головы. К сожалению, он и вправду собирал человеческие головы. Но это не призрак, а живой человек.

Викия-сеть

Случайная вики